год
Сделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо Гостевая книга
Вернуться

Версия для печати

Церковь в истории


Миссионер-миротворец на Руси

К 1000-летию подвига св. Бруно из Кверфурта

Игорь Гладковский


Чтобы оценить значение личности Бруно, сначала бросим взгляд на состояние Киевской Руси первых лет ХI века... На великокняжеском престоле — равноапостольный князь Владимир Святославич. Во всех значительных городах Руси посажены наместниками его многочисленные сыновья. Непререкаемый авторитет Владимира приглушает неприязненные отношения некоторых братьев между собой. Не слишком тревожат Русь и внешние недруги, начали постепенно забываться ужасы нашествий печенегов в 990-х годах, хотя коварный и жестокий враг кочует недалеко от восточных рубежей Руси.

Неожиданно в Киеве появляется новая, привлекающая внимание личность — прибывший с Запада Бруно фон Кверфурт, епископ Римско-Католической Церкви, вместе с сопровождающими его людьми направляющийся проповедовать христианство печенегам. Бруно происходил из знатного рода графов фон Кверфурт. Учеба и начало его служения Церкви проходили в городе Магдебурге (с этим же городом связана судьба и другого мученика — св. Войцеха-Адальберта, основателя Магдебургской духовной школы). В свите императора Оттона молодой капеллан посетил Рим; впечатления от святынь вечного города оказались столь сильными, что Бруно принял там монашество и временно остался в бенедиктинском монастыре. Выказав твердое желание миссионерской деятельности, он обозначил конкретные регионы и племена, к которым решил отправиться: угров (венгров), пруссов (западно-литовское племя) и печенегов. Церковное начальство одобрило решимость Бруно, и он был хиротонисан во епископа. Прибытие его в Киев относится к 1007 году.

Миссионера радушно принял великий князь Владимир и расспросил о его намерениях. Ужаснувшись возможной будущей судьбе полюбившегося ему гостя среди кровожадных печенегов, князь попытался отговорить Бруно и с этой целью задержал его в Киеве на целый месяц. Уговоры были безуспешны, молодой епископ пламенел желанием нести проповедь христианства язычникам. В знак уважения к гостю престарелый князь отправился проводить его до границы. Впоследствии Бруно подробно описал все происходившее в письме германскому императору Генриху II Святому. Описание очень интересно (ниже приведен его фрагмент). За лапидарным слогом образованного человека проступает живой трепет событий, которого нет в летописях и хрониках.

В письме императору Бруно пишет: «Он (т.е. Владимир) в течение двух дней провожал меня до самой крайней границы своего государства, которую он окружил чрезвычайно крепким и сильным частоколом. Там он спешился, я и мои товарищи шли впереди, а он со своими воинами следовал за нами. Так мы прошли ворота.

Князь остановился на холме. Я сам понес крест, который обнял руками, и запел известный стих (ср. Ин 21:17): "Петр, если ты Меня любишь, то паси Моих овец". Когда окончилось пение, то князь послал к нам одного из своих сановников со следующим предложением: "Я тебя проводил до того места, где кончается моя земля и начинается неприятельская. Прошу тебя, ради Бога, не терять, к моему бесчестью, твоей молодой жизни: я знаю, что ты завтра еще до трех часов испытаешь горькую смерть без всякой причины и выгоды". Я послал сказать ему в ответ: "Пусть Господь откроет тебе рай, как ты открыл нам дорогу к язычникам". Так расстались мы с ним и шли два дня без того, чтобы кто-либо обидел нас. На третий же день — то была пятница — мы трижды: утром, в полдень и в девять часов — были с согнутыми шеями приводимы на казнь и все же каждый раз выходили невредимыми из рук врагов».

Почти полгода прожил среди печенегов Бруно фон Кверфурт. Количественные результаты его миссии были не очень велики: несколько десятков окрещенных человек. Но, учитывая окружающие условия, даже это удивительно. Поразительны также достижения миссионера на ниве миротворчества. Еще будучи в Киеве, из собственных наблюдений и бесед с великим князем Бруно мог уяснить ситуацию и понять опасность диких кочевников для процветающей новокрещеной страны. Мир и порядок, христианское просвещение, школы и храмы — все это могло пойти прахом от одного набега дикой орды... А если бы что-то случилось с престарелым князем, к чему бы привело затаенное тлеющее соперничество между его сыновьями?.. По-видимому, Бруно понял это и решил добиваться мира с печенегами. Итог его работы очевиден: на много лет воцарился мир — вплоть до злосчастного 1015 года (кончина великого князя Владимира и начало страшной междоусобицы на Руси).

Очевидно, епископ Бруно имел и вторую встречу с князем Владимиром, поскольку он вкратце сообщает в письме Генриху II согласованные с Владимиром условия мира. В земле печенегов оставалась христианская миссия, во главе ее Бруно «поставил одного из своих» (епископом-миссионером?). Для гарантии мира великий князь отправил заложником к печенегам кого-то из сыновей. Заметим, что поскольку Бруно со своими спутниками впервые посеял семена веры Христовой в земле, впоследствии ставшей восточной частью Руси, имя миссионера достойно быть внесенным в церковные святцы, даже если бы он не сподобился венца мученика.

Кратко скажем о последнем этапе жизни Бруно. Еще до миссии в Киев он поставил перед императором вопрос о христианизации литовского племени пруссов. Одобривший идею Генрих II отказался от крестового похода; это могло быть следствием не только гуманности: земли пруссов не граничили с Германской Империей. Между ними располагались польские владения, а правители Польши не любили имперскую власть. Теперь, после 1007 года, для организации мирной миссии к пруссам требовалось разностороннее содействие польского короля Болеслава Храброго, и Генрих обратился к нему с соответствующим посланием. Но Болеслав, как бывает с некоторыми правителями, предпочел скорее навредить политическому противнику, чем действовать в духе общехристианской солидарности, и отказался помочь германскому епископу. Миссия Бруно оказалась брошенной на произвол судьбы. Однако епископ решил действовать и с немногими товарищами вступил в землю воинственных литовских племен. У пруссов ему удалось пробыть недолго. Не желая выполнять языческих установлений, он бесстрашно вошел в «священную» рощу, куда иноверцы не допускались. После этого он вместе со всеми спутниками был убит разъяренными язычниками; это произошло весной 1009 года.

Неизвестно, дошла ли до Киева весть о кончине Бруно, пожалел ли великий князь Владимир о своем госте, миссионере и миротворце? В любом случае, достойны вечной памяти и почитания все, самоотверженно положившие свою жизнь на этой богоугодной ниве.

«Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими», — обещал Господь (Мф 5:9).

«Вот, мы ублажаем тех, которые терпели», — напомнил брат Господень (Иак 5:11).

 

[an error occurred while processing this directive]